И, наконец, признавая общечеловеческие принципы демократии и соблюдения прав человека, а также других национальных и религиозных меньшинств, можем ли мы, руководствуясь незыблемостью принципов демократических ценностей намеренно идти на ущемление прав большинства, в угоду соблюдения прав других религиозных меньшинств? Можем ли мы в этом вопросе найти баланс? Но в таком случае, где проходит грань, между разумным соблюдением прав большинства и чрезмерным ущемлением прав других меньшинств?
Решение этих и других вопросов лежит в комплексном пересмотре и переосмыслении процесса взаимодействия светской власти и мусульманской общины в рамках современного государства. В этой связи, важно вкратце обрисовать основные этапы государственной политики, в отношении религии большинства населения страны и определить комплекс государственных мер, подходов и взаимных обязательств, которые могут значительно облегчить процесс гармонизации отношений между сторонами в едином государстве.
Государственная политика в религиозной сфере, начиная с 1991 года по 2009 год включительно, претерпела заметную трансформацию и прошла ряд важных этапов.
Первый этап можно обозначить как либеральный, заключавшийся в полном предоставлении свободы совести и вероисповедания (в 1991 году был принят закон о свободе вероисповедания и религиозных организаций, который практически действовал вплоть до 2008 г).
Второй этап государственной политики в отношении ислама, в период с 2000 по 2006 гг., можно условно обозначить как умеренно-репрессивный, поскольку в условиях тех сложностей, с которыми столкнулось государство силовые методы противодействия религиозному экстремизму, были единственно возможными. При этом профилактика религиозного экстремизма, с использованием не силовых методов, как комплексная и целенаправленная работа, практически не осуществлялась.
Этот период отношений между государством и исламом нельзя назвать успешным. Что касается остальной части мусульманской общины, то она продолжала развиваться в своего рода параллельном мире, минимально соприкасаясь с государством в области социально-политических и экономических отношений в стране.
Третий этап (2006 по 2009). Заметный сдвиг в политике государства был отмечен в период с 2006 по 2009 гг., когда государство постепенно начинает включаться как активный игрок в регулировании религиозной сферы.
Рассматривая эти этапы более подробно, можно отметить, что государственная политика на начальных этапах с 1991 по 2006 год заключалась, в том, что государство, по сути, занимало «нейтральную» позицию наблюдателя или пассивного игрока и в основном ограничивалось регистрацией различных религиозных организаций и их учетом. Но такая пассивность или даже политика игнорирования, приводила к самоустраненности государства в регулировании религиозной сферы, так как светскость часто понималась и истолковывалась как полное отделение религии от государства и общества. Причина такой пассивной политики государства связывалась, в первую очередь, курсом либерализации, а также практическим отсутствием своей собственной (национальной) модели взаимоотношений между государством и религиозными организациями. До недавнего времени у государства не было целостной концепции государственной политики в религиозной сфере.
Безусловно, в этот период никто не был застрахован от ошибок и в стране появились представители не только радикально настроенных исламских политических движений, которые впоследствии угрожали безопасности государства, но и откровенно деструктивных, мусульманских сект, таких как исмаилиты и ахмадиты, что уже представляло угрозу целостности самой мусульманской общины.
В случае с мусульманской общиной страны, не столько само либеральное законодательство, а сколько отсутствие понимания необходимости пристального внимания к исламу со стороны государства, привело к развитию следующего этапа отношений между государством и мусульманской общиной.
Череда событий, связанная с усугублением угрозы распространения религиозного терроризма и экстремизма в Центральной Азии, и, непосредственное вторжение боевиков Исламского движения Узбекистана в Кыргызстан в 2000 г., поставило перед государством две важные проблемы:
1. Необходимость борьбы с религиозным экстремизмом внутри страны;
2. Выработка комплексных мер по противодействию распространению религиозного экстремизма в условиях мусульманского большинства в стране, но с учетом ограниченности материальных, технических и, что немаловажно, идеологических ресурсов государства.
Между тем, либеральный период государственной политики в религиозной сфере, предоставил возможность мусульманам свободно обмениваться опытом, литературой, выезжать на учебу, открывать учебно-образовательные центры и организации, в целом способствуя укреплению связей с остальным мусульманским миром.
Однако существуют и определенные трудности во взаимоотношениях между государством и мусульманской общиной. Первая заключается в том, что взятый некогда курс государства на противодействие религиозному экстремизму, не только не принес желаемых результатов, поскольку протестный потенциал отдельных частей мусульманской общины продолжает расти, но и привел к значительным перегибам. Так, на фоне общей деятельности по противодействию экстремизму, многие исламские религиозные организации попали под пристальное внимание правоохранительных органов, несмотря на то, что их деятельность не связана с терроризмом. Повышенное внимание к исламским организациям, может указывать на то, что в данный момент у государства не хватает возможностей проводить объективную оценку их деятельности и, как следствие, дифференцированно подходить к принятию тех или иных мер в этой области. Это также указывает на то, что государство нуждается в поддержке со стороны независимых аналитических центров, которые могли бы проводить подобную оценку.
К другой проблеме можно отнести рост протестного потенциала в отдельных частях мусульманской общины, который связан с неудовлетворенностью общей экономической и политической ситуацией в стране. Как известно, мусульманская община неоднородна и она состоит не только из отдельных этнических групп, но и разделяется по идеологическим предпочтениям, а также умеренными и радикальными течениями, которые по-разному видят будущий общественно-политический порядок в стране.
Политизация религии в последнее время стала неотъемлемым признаком общественно-политической жизни страны. Хотя в общем потоке новостей это не так заметно, по сравнению с другими политическими событиями в стране, но согласно проведенным исследованиям, внутри мусульманской общины происходят процессы, которые требуют безотлагательного внимания государства.
В мусульманской общине все больше укореняется понимание того, что государство пока еще не может признавать особой роли и влияния ислама на общественно-политические отношения и внутреннюю политику страны. Все чаще задаются вопросом, почему мусульманское большинство Кыргызстана не может оказывать влияние на принятие решений, затрагивающих социально-экономические и политические вопросы страны. Или же почему потенциал ислама, как религии большинства, не может быть востребован в процессе формирования кыргызской государственности нового типа, учитывающей специфику современного развития?
Масла в огонь подливают известные инциденты с запретом на проведение праздничных намазов на старой площади, запрет на ношение хиджабов в школах, проверки медресе в регионах страны и многое другое, что, безусловно, осложняет отношения между государством и общиной.
Между тем, начиная с 2006 по 2009 год, государство начинает включаться как активный игрок в регулировании религиозной сферы, представляя общественности совершенно новый и более качественный подход в этой области. Так в 2006 году была принята и утверждена Концепция государственной политики в религиозной сфере Кыргызской Республики, в 2008 г. был принят и подписан Закон о свободе вероисповедания и религиозных организаций, который регулирует миссионерскую деятельность. А в 2009 г. был подготовлен Проект Стратегии государственной политики Кыргызской Республики в религиозной сфере на период 2009 – 2015 годы. Некоторые положения, а также общий посыл проекта стратегии, позволяют думать о том, что в действительности, Кыргызстан начинает понимать важность гармонизации отношений между государством и религией и, в качестве одного из важных ее элементов видит сохранение стабильности на основе поддержки традиционных конфессий страны.
Это было связано с объективными процессами в обществе, для которого духовно-нравственные вопросы, роль религии в жизни каждого человека, в условиях социально-политических и экономических проблем в стране, заметно актуализировались. В этот период резко возрос общественный интерес к религии вообще – в обществе, СМИ, поднимались различные вопросы регулирования миссионерской деятельности, проблемы прозелитизма, конфликтов на межконфессиональной почве, экстремизма, учета религиозных объектов и т.п.
В настоящее время разработан Проект Закона о религиозном образовании, следующий этап будет заключаться – уже на основе существующей Концепции, Законов, разработка целостной нормативно-правовой базы. Происходит новое формирование пласта нормативно–правовых актов для регулирования религиозной сферы.
Одновременно со стороны государства идет и процесс стандартизации, и затем классификации различных исламских организаций, исламских учебных заведений, культовых объектов. Таким образом, процесс затрагивает и официальное духовенство (изменения в Уставе ДУМ КР с учетом нового Закона) и неофициальные различные джамааты (Даваат Таблиг), образовательные учреждения (медресе, институты, курсы с частным преподаванием и т.д.).
Необходимо отметить, что классификация дает государству возможность определения тех религиозных общин (джамаатов), НПО, ОФ, с которыми более выгодно работать и тех которые, не очень желательны.
Ввиду того, что мусульманская община является одним из объектов политики государства, так как большинство населения КР является мусульманами и власть имеет обоснованные опасения в политизации верующих.
Однако понятие «политическая активность верующих масс» не означает политический ислам, так как основная масса верующих также как и остальная часть светского общества политизирована вообще, обсуждая политику, участвуя в выборах, разделяя те или иные политические воззрения.
Политизация ислама, в современных условиях, возможна при наличии в среде верующих нескольких основных компонентов – бедность и безграмотность в области религии и отсутствие светских знаний. Отсюда растет недовольство, протестные настроения, поиск альтернативы. Хотя у чисто религиозно-политических движений (Хизб ут-Тахрир), нет существенных социально-экономических программ развития, все же политический ислам может получить поддержку при слабом официальном духовенстве, которое рассматривается Хизб ут-Тахрир и другими нетрадиционными джамаатами, как пособники власти. Но парадокс в том, что и некоторые представители власти, светской интеллигенции, экспертной среды, также не очень то доверяют официальному духовенству, ведущих двойную игру – под видом борьбы с экстремизмом, стремятся расширить свое влияние на население.
Иными словами опасаются того, что придет день, когда баланс может нарушиться и молдо (религиозный деятель) станет ключевой фигурой и авторитетным лидером в народе. Причина в том, что молдо на юге Кыргызстана уже выступает ретранслятором светских властей в мобилизации населения на общественные дела (субботники, другие общественные акции).
С другой стороны проблема кроется в том, что большинство чиновников представленных в государственных органах власти, как правило, являются продуктом советской системы. Сложившийся стереотип в отношении к религии, а также и видения роли и места религии в обществе среди чиновников преклонного возраста обусловлен интерпретацией и «советским» пониманием светскости через призму идеологического противостояния и борьбы.
Как результат «радикальная» позиция светской и религиозных сторон – ведет к мировоззренческому конфликту о характере государства и интерпретации содержания современной «светской» государственности Кыргызстана. Напряжённость в отношениях между светским государством и религией может привести к радикализации представителей религии, вплоть до терроризма.
Важным шагом в данном направлении является принятие в 2009 г. Концепции ОВД по взаимодействию с конфессиями. Концепция включает в себя обоснование, механизмы взаимодействия, принципы и формы взаимодействия ОВД с религиозными организациями. К сожалению, у государственных органов власти пока нет механизмов реализации Концепции за неимением кадров, финансовых и технических ресурсов.
В настоящее время государственно-религиозные отношения начинают развиваться в новом темпе, которые в свою очередь обусловливают необходимость организационно-правового закрепления сотрудничества, требующего дальнейшего развития и совершенствования модели государственно-религиозных отношений. Переход на новый, качественный уровень таких отношений имеет первостепенную цель в укреплении основ кыргызской государственности, Конституционного строя, обеспечении гармоничных отношений внутри общества, защитой национальных интересов.
Сегодня традиционные религиозные организации все активнее включается в общественно-политическую жизнь республики, принося существенные изменения в область государственно-правовых отношений. В период восстановления принципов свободы совести и вероисповедания, у населения произошла существенная переориентация взглядов на религию.
Конституция Кыргызской Республики не допускает вмешательства в деятельность государственных органов со стороны религиозных организаций, но и не препятствует их взаимодействию в различных формах по вопросам, представляющим обоюдный интерес. В последнее время от религиозно-экстремистских проявлений страдают не только государство, но в большей массе традиционные религии. В этой связи, необходимо бороться не с религией, а с теми лицами и организациями, которые прикрываясь религией осуществляют свою противоправную деятельность, нанося вред не только обществу и государству, но и самой религии.
Органы внутренних дел согласно ст. 4 Закона «Об ОВД КР» выполняют возложенных на них задачи во взаимодействии с общественными объединениями, в том числе религиозными организациями.
Согласно Концепции совместная работа должна осуществляется в рамках повышения правовой культуры населения, профилактики преступности, выявления нарушений прав и свобод граждан в сфере религиозной жизни общества, профилактики межнациональных конфликтов и идейного противодействия религиозному экстремизму с привлечением позитивных ресурсов традиционных конфессий. Процесс взаимодействия ОВД с религиозными организациями строится избирательно исходя из вклада соответствующих организаций в кыргызскую культуру, а также их влияния в современном обществе, масштабов поддержки гражданами Кыргызской Республики.
Религиозные организации, исторически представленных в Кыргызстане конфессий (ислам, православное христианство) в последние годы стали постоянными участниками различных мероприятий по профилактике правонарушений, особенно по противодействию проявлениям религиозного экстремизма и иному содействию правоохранительным органам.
Так, представители религиозных организаций, отдельные религиозные деятели активно принимали и принимают участие в мероприятиях, проводимых ОВД на местах по противодействию экстремизму на религиозной основе. В мероприятия входят запланированные совместные круглые столы, конференции, пресс конференции в СМИ, научные статьи, публикации, лекции, встречи с населением, молодежью с целью профилактики преступлений, организация курсов для участковых, представителей местных органов власти, учебных заведений. В общем, нужна актуализация и прозрачность данной тематики в обществе, ее нужно обсуждать, чтобы был положительный результат.
Например, предлагается введение в учебные программы образовательных учреждений МВД КР специальной тематики, о взаимодействии ОВД и религиозных организаций в работе с населением и сотрудниками ОВД. Разработка пособий, куда входит издание специального пособия для сотрудников ОВД в работе с населением и профилактики различных видов преступлений. Предлагается использовать существующий опыт взаимодействия ОВД и религиозных организаций в деле нравственного воспитания личного состава ОВД, информационно-просветительской работы среди членов семей сотрудников, организации религиозных обрядов при проведении торжественных и траурных мероприятий, погребении погибших и умерших сотрудников. Проведение специальных курсов, семинаров и лекций для оперативных работников в области ислама и работы с верующими, специфики религиозных деструктивных идеологий и т.д. с целью повышения квалификации.
После принятия Закона о свободе вероисповедания и религиозных организаций из районов и областей начали поступать жалобы от мусульманских общин по поводу нескольких статей, которые являются спорными, и вызывают много вопросов. В частности особенно статья о запрете на частное преподавание, а также принятой нормой для регистрации, например мечети в 200 человек.
Из интервью с руководителем одного из исламского НПО (Бишкек):
«Мне не по душе то, что государство под предлогом религиозно-экстремистских организаций, ограничивает наши права, в то время, как они должны давать привилегии исламским НПО. В нашей стране 80-90 % мусульмане, поэтому они должны быть приоритетными, а государство приравнивает их к меньшинствам таким, как свидетелей Иеговы или гомосексуалистов. А так оно только создает противоречие в самом обществе».
Для этого, Государственным агентством по делам религий уже активно проводятся различные встречи, круглые столы с целью разъяснения Закона среди имамов и местных органов власти, а также для обсуждения данных вопросов. Именно когда Закон начал работу, сразу стало видно, какие поправки необходимо внести. Без практической апробации не было видно бы плюсов и минусов данного Закона. Можно говорить о том, что государство не ставит правовые догмы, так как в Указе Президента КР об утверждении нового Закона о свободе вероисповедания и религиозных организациях, закреплено создание рабочей группы, для внесения дополнений в Закон. Основная проблема «правильного» применения законов, нормативно правовых актов является механизм ответственный за реализацию. Именно среднее и низшее звено чиновников находящееся на стыке власти с населением является главным тормозом реформ сверху. Поэтому возникает вопрос создания эффективного механизма реализации и проведения работы именно с этим звеном на местах.
Согласно решению совета безопасности и межведомственного совета по делам религий дано указание чтобы, во всех областных и районных государственных администрациях и мэриях назначить ответственного сотрудника по работе с религиозными организациями. Чтобы был специалист, понимающий вопросы религии и в тесной связи оказывал практическую помощь иную помощь в решении соответствующих вопросов. Сейчас в Ошской области практически в каждом районе есть специалист по вопросам религии. Представители религиозных организаций могут к нему подойти, обсуждать текущие проблемные вопросы, консультироваться.
Между тем, приведенные ранее примеры с инициативами государства в религиозной сфере, заслуживают всяческого одобрения, но еще пока недостаточны для того, чтобы снизить конфликтный потенциал между двумя сторонами.
Более чем очевидно, что сторонам необходим постоянный механизм диалога, но к этому необходимо прибавить усилия по взаимному пересмотру и изменению отношений как к исламу, со стороны государства, так и к светскому устройству общества, со стороны мусульманской общины.
Следует признать, что светское устройство общества на современном этапе, должно оставаться незыблемым. Но также следует осознавать, что узкое понимание светскости, не оставляет для мусульман пространства для реализации.
Становится очевидным, что сугубо духовные и традиционные функции ислама, искусственно отделенные и предопределенные известным принципом отделения религии от государства, не могут более существовать вне общей концепции ислама, предопределяющей социальные, экономические, правовые законы и нормы.
В настоящее время мусульманская община все больше аккумулирует энергию, стремление к изменению окружающей действительности, согласно в соответствии с их системой ценностей. В этой связи, представляется, что государство должно внимательно прислушиваться к тем сигналам, которые подает община и идти навстречу. Перед самой общиной сейчас остро стоит вопрос, видит ли государство в исламе партнера и союзника, либо рассматривает его как соперника?
Можно ошибиться в точной оценке мнений абсолютно всех мусульман стран, которые представляют различные идеологические течения, между тем, согласно исследованиям, большая часть стоит на позициях конструктивизма и диалога и не желает, чтобы государство видело в исламе своего врага либо соперника.
Здесь приходиться исходить из того, что мусульманская община с каждым годом начинает представлять большой интерес как объект политики различных сил в стране. Мусульмане – это готовый электорат, для которого значительно облегчен поиск лозунгов и призывов.
Сама мусульманская община с каждым годом политизируется и заявляет о необходимости учета ее интересов в политике страны. И она отчетливо осознает, что в случае консолидации она может выступать в качестве новой политической силы. И вот здесь будет весьма трудно предугадать какой из путей и какую из политических концепций, широко представленных в мусульманском мире, она выберет. Будет ли это турецкий вариант, либо малазийский или пакистанский, а может быть и любой другой.
В любом случае, не следует опасаться политизации ислама, а следует бояться его радикализации. И это один из больших вызовов для государства в долгосрочной перспективе. У государства всегда есть возможность воспользоваться репрессивными методами, но заведомо ошибочный и тупиковый путь. И в этом отношении, первые шаги уже были предприняты. С принятием концепций правительства и ОВД. Но, еще предстоит большая работа с обеих сторон.
Следует признать, что важно не только принятие отдельных законов и постановлений. Необходима комплексная работа в обществе, экспертном сообществе, государственных структурах по организации дискуссии о характере, формах, принципах и границах светскости, которые бы учитывали наш национальный опыт, специфику развития и фактор мусульманского большинства.
Понятие светского государства, будучи привнесенным, из западно-христианского мира, не должно слепо копироваться в условиях Кыргызстана и являться догмой. Кыргызстан вправе, с учетом своего национального опыта, вырабатывать свое понимание светского государства, с учетом мусульманского большинства в стране.
И главным условием, на наш взгляд, должен стать переход на новый уровень отношения власти к роли и месту религии в обществе, где религия будет играть важную роль регулятора, прежде всего в социальной, духовно-нравственной жизни нашего общества.
Что касается развития непосредственно ислама, то сама ситуация указывает на то, что пришло время переходить на более качественный уровень. Строить не только мечети, но и также общественно полезные объекты, детские сады, школы, библиотеки, спортклубы. Заниматься больше благотворительностью, социально значимыми проектами, обеспечивать интеллектуальный рост мусульман.
Мусульманская община сейчас стоит на позициях конструктивного сотрудничества с государством и ставит пред собой больше социальных, нежели политических задач. В этой связи, полагаем, что государство может привлекать потенциал мусульманской общины для решения совместных социальных проектов, тем самым, способствуя гармонизации отношений между исламом и государством. Хотя важно отметить, что среднее и низшее звено чиновников находящееся на стыке власти с населением является главным тормозом реформ. Поэтому возникает вопрос создания эффективного механизма реализации и проведения работы именно с данным звеном на местах в лице местных администраций. Также важно отметить, что каждый регион или даже район имеет свой уровень взаимодействия между госорганами и мечетью, уровнем развития общины.
Поэтому нужен диференцированный подход исходя из региональной, идейно-ценностной специфики общины. И хотя мусульманскую общину Кыргызстана, в общем, характеризует невысокий уровень социальной ответственности, но с каждым годом она возрастает. И от того в какую сторону будет направлена ее активность, будет зависеть и развитие ислама – либо в протестно-радикальном направлении, либо в сторону социально ориентированной деятельности.
В ходе смены поколений, различных ценностных ориентиров, на смену традиционному кыргызскому обществу, приходит новая форма общественных отношений и государство обязано оставлять за собой право регулировать и создавать условия для развития ислама и мусульманской общины Кыргызстана, исходя из государственных интересов и сохранения национальных и религиозных ценностей в обществе.
Наиболее приемлемым вариантом в этих условиях, было бы максимальное привлечение и поощрение социальной деятельности мусульманской общины в обществе. Государство может выступать партнером совместно с мусульманской общиной в проектах, представляющих большое социальное значение для государства и общества.
Формы этого сотрудничества могут быть разными, от поощрения создания социальных мусульманских объектов и их деятельности в обществе, до совместного вклада в обеспечение стабильности в обществе через привлечение самих же мусульман для профилактики религиозного экстремизма, терроризма, а также преступлений среди молодежи и других негативных социальных явлений.
Своевременное и продуманное включение религиозных общин Кыргызстана в социальные процессы общества, политическую структуру государства, позволяет растущий протестный потенциал перевести в социальную, образовательную активность.
Одновременно такая позиция укрепила бы структуру кыргызского общества с использованием религиозного ресурса в решении не только духовно-нравственных, социальных проблем, но и актуальных межрегиональных, межклановых и межнациональных вопросов. Важной составляющей во взаимоотношениях между исламскими религиозными организациями и общественными институтами является создание атмосферы доверия и партнерства как внутри самого общества (между светской ее частью и религиозной), также обществом и государством в целом. Это может осуществиться только при условии интеграции мусульманской общины в социально-политическую структуру государства.
Таким образом, основной тезис заключается в том, что необходимо переходить от политизации развития, к социально ориентированному, интеллектуальному развитию ислама в Кыргызстане.
Уровень вовлеченности мусульманской общины Кыргызстана в социальную и общественную жизнь влияет на степень интегрированности верующих в светское общество, а значит его толерантности. В последнее время все чаще наблюдается тенденции к расколу общества по цивилизационным признакам, на верующих и светских. Данные тенденции имеют опасный и негативный характер ввиду того, что могут привести к идеологии анклавного мышления внутри общества. И возможно главный вопрос для государства будет заключаться в готовности адаптировать верующих к условиям светского государства и заинтересованности в их интеграции в современное общество.
Усубалиев Эсен, к.и.н., директор аналитического центра «Prudent Solutions».
Маликов Кадыр, д.п.н., директор НАИЦ «Религия, право и политика».
Решение этих и других вопросов лежит в комплексном пересмотре и переосмыслении процесса взаимодействия светской власти и мусульманской общины в рамках современного государства. В этой связи, важно вкратце обрисовать основные этапы государственной политики, в отношении религии большинства населения страны и определить комплекс государственных мер, подходов и взаимных обязательств, которые могут значительно облегчить процесс гармонизации отношений между сторонами в едином государстве.
Государственная политика в религиозной сфере, начиная с 1991 года по 2009 год включительно, претерпела заметную трансформацию и прошла ряд важных этапов.
Первый этап можно обозначить как либеральный, заключавшийся в полном предоставлении свободы совести и вероисповедания (в 1991 году был принят закон о свободе вероисповедания и религиозных организаций, который практически действовал вплоть до 2008 г).
Второй этап государственной политики в отношении ислама, в период с 2000 по 2006 гг., можно условно обозначить как умеренно-репрессивный, поскольку в условиях тех сложностей, с которыми столкнулось государство силовые методы противодействия религиозному экстремизму, были единственно возможными. При этом профилактика религиозного экстремизма, с использованием не силовых методов, как комплексная и целенаправленная работа, практически не осуществлялась.
Этот период отношений между государством и исламом нельзя назвать успешным. Что касается остальной части мусульманской общины, то она продолжала развиваться в своего рода параллельном мире, минимально соприкасаясь с государством в области социально-политических и экономических отношений в стране.
Третий этап (2006 по 2009). Заметный сдвиг в политике государства был отмечен в период с 2006 по 2009 гг., когда государство постепенно начинает включаться как активный игрок в регулировании религиозной сферы.
Рассматривая эти этапы более подробно, можно отметить, что государственная политика на начальных этапах с 1991 по 2006 год заключалась, в том, что государство, по сути, занимало «нейтральную» позицию наблюдателя или пассивного игрока и в основном ограничивалось регистрацией различных религиозных организаций и их учетом. Но такая пассивность или даже политика игнорирования, приводила к самоустраненности государства в регулировании религиозной сферы, так как светскость часто понималась и истолковывалась как полное отделение религии от государства и общества. Причина такой пассивной политики государства связывалась, в первую очередь, курсом либерализации, а также практическим отсутствием своей собственной (национальной) модели взаимоотношений между государством и религиозными организациями. До недавнего времени у государства не было целостной концепции государственной политики в религиозной сфере.
Безусловно, в этот период никто не был застрахован от ошибок и в стране появились представители не только радикально настроенных исламских политических движений, которые впоследствии угрожали безопасности государства, но и откровенно деструктивных, мусульманских сект, таких как исмаилиты и ахмадиты, что уже представляло угрозу целостности самой мусульманской общины.
В случае с мусульманской общиной страны, не столько само либеральное законодательство, а сколько отсутствие понимания необходимости пристального внимания к исламу со стороны государства, привело к развитию следующего этапа отношений между государством и мусульманской общиной.
Череда событий, связанная с усугублением угрозы распространения религиозного терроризма и экстремизма в Центральной Азии, и, непосредственное вторжение боевиков Исламского движения Узбекистана в Кыргызстан в 2000 г., поставило перед государством две важные проблемы:
1. Необходимость борьбы с религиозным экстремизмом внутри страны;
2. Выработка комплексных мер по противодействию распространению религиозного экстремизма в условиях мусульманского большинства в стране, но с учетом ограниченности материальных, технических и, что немаловажно, идеологических ресурсов государства.
Между тем, либеральный период государственной политики в религиозной сфере, предоставил возможность мусульманам свободно обмениваться опытом, литературой, выезжать на учебу, открывать учебно-образовательные центры и организации, в целом способствуя укреплению связей с остальным мусульманским миром.
Однако существуют и определенные трудности во взаимоотношениях между государством и мусульманской общиной. Первая заключается в том, что взятый некогда курс государства на противодействие религиозному экстремизму, не только не принес желаемых результатов, поскольку протестный потенциал отдельных частей мусульманской общины продолжает расти, но и привел к значительным перегибам. Так, на фоне общей деятельности по противодействию экстремизму, многие исламские религиозные организации попали под пристальное внимание правоохранительных органов, несмотря на то, что их деятельность не связана с терроризмом. Повышенное внимание к исламским организациям, может указывать на то, что в данный момент у государства не хватает возможностей проводить объективную оценку их деятельности и, как следствие, дифференцированно подходить к принятию тех или иных мер в этой области. Это также указывает на то, что государство нуждается в поддержке со стороны независимых аналитических центров, которые могли бы проводить подобную оценку.
К другой проблеме можно отнести рост протестного потенциала в отдельных частях мусульманской общины, который связан с неудовлетворенностью общей экономической и политической ситуацией в стране. Как известно, мусульманская община неоднородна и она состоит не только из отдельных этнических групп, но и разделяется по идеологическим предпочтениям, а также умеренными и радикальными течениями, которые по-разному видят будущий общественно-политический порядок в стране.
Политизация религии в последнее время стала неотъемлемым признаком общественно-политической жизни страны. Хотя в общем потоке новостей это не так заметно, по сравнению с другими политическими событиями в стране, но согласно проведенным исследованиям, внутри мусульманской общины происходят процессы, которые требуют безотлагательного внимания государства.
В мусульманской общине все больше укореняется понимание того, что государство пока еще не может признавать особой роли и влияния ислама на общественно-политические отношения и внутреннюю политику страны. Все чаще задаются вопросом, почему мусульманское большинство Кыргызстана не может оказывать влияние на принятие решений, затрагивающих социально-экономические и политические вопросы страны. Или же почему потенциал ислама, как религии большинства, не может быть востребован в процессе формирования кыргызской государственности нового типа, учитывающей специфику современного развития?
Масла в огонь подливают известные инциденты с запретом на проведение праздничных намазов на старой площади, запрет на ношение хиджабов в школах, проверки медресе в регионах страны и многое другое, что, безусловно, осложняет отношения между государством и общиной.
Между тем, начиная с 2006 по 2009 год, государство начинает включаться как активный игрок в регулировании религиозной сферы, представляя общественности совершенно новый и более качественный подход в этой области. Так в 2006 году была принята и утверждена Концепция государственной политики в религиозной сфере Кыргызской Республики, в 2008 г. был принят и подписан Закон о свободе вероисповедания и религиозных организаций, который регулирует миссионерскую деятельность. А в 2009 г. был подготовлен Проект Стратегии государственной политики Кыргызской Республики в религиозной сфере на период 2009 – 2015 годы. Некоторые положения, а также общий посыл проекта стратегии, позволяют думать о том, что в действительности, Кыргызстан начинает понимать важность гармонизации отношений между государством и религией и, в качестве одного из важных ее элементов видит сохранение стабильности на основе поддержки традиционных конфессий страны.
Это было связано с объективными процессами в обществе, для которого духовно-нравственные вопросы, роль религии в жизни каждого человека, в условиях социально-политических и экономических проблем в стране, заметно актуализировались. В этот период резко возрос общественный интерес к религии вообще – в обществе, СМИ, поднимались различные вопросы регулирования миссионерской деятельности, проблемы прозелитизма, конфликтов на межконфессиональной почве, экстремизма, учета религиозных объектов и т.п.
В настоящее время разработан Проект Закона о религиозном образовании, следующий этап будет заключаться – уже на основе существующей Концепции, Законов, разработка целостной нормативно-правовой базы. Происходит новое формирование пласта нормативно–правовых актов для регулирования религиозной сферы.
Одновременно со стороны государства идет и процесс стандартизации, и затем классификации различных исламских организаций, исламских учебных заведений, культовых объектов. Таким образом, процесс затрагивает и официальное духовенство (изменения в Уставе ДУМ КР с учетом нового Закона) и неофициальные различные джамааты (Даваат Таблиг), образовательные учреждения (медресе, институты, курсы с частным преподаванием и т.д.).
Необходимо отметить, что классификация дает государству возможность определения тех религиозных общин (джамаатов), НПО, ОФ, с которыми более выгодно работать и тех которые, не очень желательны.
Ввиду того, что мусульманская община является одним из объектов политики государства, так как большинство населения КР является мусульманами и власть имеет обоснованные опасения в политизации верующих.
Однако понятие «политическая активность верующих масс» не означает политический ислам, так как основная масса верующих также как и остальная часть светского общества политизирована вообще, обсуждая политику, участвуя в выборах, разделяя те или иные политические воззрения.
Политизация ислама, в современных условиях, возможна при наличии в среде верующих нескольких основных компонентов – бедность и безграмотность в области религии и отсутствие светских знаний. Отсюда растет недовольство, протестные настроения, поиск альтернативы. Хотя у чисто религиозно-политических движений (Хизб ут-Тахрир), нет существенных социально-экономических программ развития, все же политический ислам может получить поддержку при слабом официальном духовенстве, которое рассматривается Хизб ут-Тахрир и другими нетрадиционными джамаатами, как пособники власти. Но парадокс в том, что и некоторые представители власти, светской интеллигенции, экспертной среды, также не очень то доверяют официальному духовенству, ведущих двойную игру – под видом борьбы с экстремизмом, стремятся расширить свое влияние на население.
Иными словами опасаются того, что придет день, когда баланс может нарушиться и молдо (религиозный деятель) станет ключевой фигурой и авторитетным лидером в народе. Причина в том, что молдо на юге Кыргызстана уже выступает ретранслятором светских властей в мобилизации населения на общественные дела (субботники, другие общественные акции).
С другой стороны проблема кроется в том, что большинство чиновников представленных в государственных органах власти, как правило, являются продуктом советской системы. Сложившийся стереотип в отношении к религии, а также и видения роли и места религии в обществе среди чиновников преклонного возраста обусловлен интерпретацией и «советским» пониманием светскости через призму идеологического противостояния и борьбы.
Как результат «радикальная» позиция светской и религиозных сторон – ведет к мировоззренческому конфликту о характере государства и интерпретации содержания современной «светской» государственности Кыргызстана. Напряжённость в отношениях между светским государством и религией может привести к радикализации представителей религии, вплоть до терроризма.
Важным шагом в данном направлении является принятие в 2009 г. Концепции ОВД по взаимодействию с конфессиями. Концепция включает в себя обоснование, механизмы взаимодействия, принципы и формы взаимодействия ОВД с религиозными организациями. К сожалению, у государственных органов власти пока нет механизмов реализации Концепции за неимением кадров, финансовых и технических ресурсов.
В настоящее время государственно-религиозные отношения начинают развиваться в новом темпе, которые в свою очередь обусловливают необходимость организационно-правового закрепления сотрудничества, требующего дальнейшего развития и совершенствования модели государственно-религиозных отношений. Переход на новый, качественный уровень таких отношений имеет первостепенную цель в укреплении основ кыргызской государственности, Конституционного строя, обеспечении гармоничных отношений внутри общества, защитой национальных интересов.
Сегодня традиционные религиозные организации все активнее включается в общественно-политическую жизнь республики, принося существенные изменения в область государственно-правовых отношений. В период восстановления принципов свободы совести и вероисповедания, у населения произошла существенная переориентация взглядов на религию.
Конституция Кыргызской Республики не допускает вмешательства в деятельность государственных органов со стороны религиозных организаций, но и не препятствует их взаимодействию в различных формах по вопросам, представляющим обоюдный интерес. В последнее время от религиозно-экстремистских проявлений страдают не только государство, но в большей массе традиционные религии. В этой связи, необходимо бороться не с религией, а с теми лицами и организациями, которые прикрываясь религией осуществляют свою противоправную деятельность, нанося вред не только обществу и государству, но и самой религии.
Органы внутренних дел согласно ст. 4 Закона «Об ОВД КР» выполняют возложенных на них задачи во взаимодействии с общественными объединениями, в том числе религиозными организациями.
Согласно Концепции совместная работа должна осуществляется в рамках повышения правовой культуры населения, профилактики преступности, выявления нарушений прав и свобод граждан в сфере религиозной жизни общества, профилактики межнациональных конфликтов и идейного противодействия религиозному экстремизму с привлечением позитивных ресурсов традиционных конфессий. Процесс взаимодействия ОВД с религиозными организациями строится избирательно исходя из вклада соответствующих организаций в кыргызскую культуру, а также их влияния в современном обществе, масштабов поддержки гражданами Кыргызской Республики.
Религиозные организации, исторически представленных в Кыргызстане конфессий (ислам, православное христианство) в последние годы стали постоянными участниками различных мероприятий по профилактике правонарушений, особенно по противодействию проявлениям религиозного экстремизма и иному содействию правоохранительным органам.
Так, представители религиозных организаций, отдельные религиозные деятели активно принимали и принимают участие в мероприятиях, проводимых ОВД на местах по противодействию экстремизму на религиозной основе. В мероприятия входят запланированные совместные круглые столы, конференции, пресс конференции в СМИ, научные статьи, публикации, лекции, встречи с населением, молодежью с целью профилактики преступлений, организация курсов для участковых, представителей местных органов власти, учебных заведений. В общем, нужна актуализация и прозрачность данной тематики в обществе, ее нужно обсуждать, чтобы был положительный результат.
Например, предлагается введение в учебные программы образовательных учреждений МВД КР специальной тематики, о взаимодействии ОВД и религиозных организаций в работе с населением и сотрудниками ОВД. Разработка пособий, куда входит издание специального пособия для сотрудников ОВД в работе с населением и профилактики различных видов преступлений. Предлагается использовать существующий опыт взаимодействия ОВД и религиозных организаций в деле нравственного воспитания личного состава ОВД, информационно-просветительской работы среди членов семей сотрудников, организации религиозных обрядов при проведении торжественных и траурных мероприятий, погребении погибших и умерших сотрудников. Проведение специальных курсов, семинаров и лекций для оперативных работников в области ислама и работы с верующими, специфики религиозных деструктивных идеологий и т.д. с целью повышения квалификации.
После принятия Закона о свободе вероисповедания и религиозных организаций из районов и областей начали поступать жалобы от мусульманских общин по поводу нескольких статей, которые являются спорными, и вызывают много вопросов. В частности особенно статья о запрете на частное преподавание, а также принятой нормой для регистрации, например мечети в 200 человек.
Из интервью с руководителем одного из исламского НПО (Бишкек):
«Мне не по душе то, что государство под предлогом религиозно-экстремистских организаций, ограничивает наши права, в то время, как они должны давать привилегии исламским НПО. В нашей стране 80-90 % мусульмане, поэтому они должны быть приоритетными, а государство приравнивает их к меньшинствам таким, как свидетелей Иеговы или гомосексуалистов. А так оно только создает противоречие в самом обществе».
Для этого, Государственным агентством по делам религий уже активно проводятся различные встречи, круглые столы с целью разъяснения Закона среди имамов и местных органов власти, а также для обсуждения данных вопросов. Именно когда Закон начал работу, сразу стало видно, какие поправки необходимо внести. Без практической апробации не было видно бы плюсов и минусов данного Закона. Можно говорить о том, что государство не ставит правовые догмы, так как в Указе Президента КР об утверждении нового Закона о свободе вероисповедания и религиозных организациях, закреплено создание рабочей группы, для внесения дополнений в Закон. Основная проблема «правильного» применения законов, нормативно правовых актов является механизм ответственный за реализацию. Именно среднее и низшее звено чиновников находящееся на стыке власти с населением является главным тормозом реформ сверху. Поэтому возникает вопрос создания эффективного механизма реализации и проведения работы именно с этим звеном на местах.
Согласно решению совета безопасности и межведомственного совета по делам религий дано указание чтобы, во всех областных и районных государственных администрациях и мэриях назначить ответственного сотрудника по работе с религиозными организациями. Чтобы был специалист, понимающий вопросы религии и в тесной связи оказывал практическую помощь иную помощь в решении соответствующих вопросов. Сейчас в Ошской области практически в каждом районе есть специалист по вопросам религии. Представители религиозных организаций могут к нему подойти, обсуждать текущие проблемные вопросы, консультироваться.
Между тем, приведенные ранее примеры с инициативами государства в религиозной сфере, заслуживают всяческого одобрения, но еще пока недостаточны для того, чтобы снизить конфликтный потенциал между двумя сторонами.
Более чем очевидно, что сторонам необходим постоянный механизм диалога, но к этому необходимо прибавить усилия по взаимному пересмотру и изменению отношений как к исламу, со стороны государства, так и к светскому устройству общества, со стороны мусульманской общины.
Следует признать, что светское устройство общества на современном этапе, должно оставаться незыблемым. Но также следует осознавать, что узкое понимание светскости, не оставляет для мусульман пространства для реализации.
Становится очевидным, что сугубо духовные и традиционные функции ислама, искусственно отделенные и предопределенные известным принципом отделения религии от государства, не могут более существовать вне общей концепции ислама, предопределяющей социальные, экономические, правовые законы и нормы.
В настоящее время мусульманская община все больше аккумулирует энергию, стремление к изменению окружающей действительности, согласно в соответствии с их системой ценностей. В этой связи, представляется, что государство должно внимательно прислушиваться к тем сигналам, которые подает община и идти навстречу. Перед самой общиной сейчас остро стоит вопрос, видит ли государство в исламе партнера и союзника, либо рассматривает его как соперника?
Можно ошибиться в точной оценке мнений абсолютно всех мусульман стран, которые представляют различные идеологические течения, между тем, согласно исследованиям, большая часть стоит на позициях конструктивизма и диалога и не желает, чтобы государство видело в исламе своего врага либо соперника.
Здесь приходиться исходить из того, что мусульманская община с каждым годом начинает представлять большой интерес как объект политики различных сил в стране. Мусульмане – это готовый электорат, для которого значительно облегчен поиск лозунгов и призывов.
Сама мусульманская община с каждым годом политизируется и заявляет о необходимости учета ее интересов в политике страны. И она отчетливо осознает, что в случае консолидации она может выступать в качестве новой политической силы. И вот здесь будет весьма трудно предугадать какой из путей и какую из политических концепций, широко представленных в мусульманском мире, она выберет. Будет ли это турецкий вариант, либо малазийский или пакистанский, а может быть и любой другой.
В любом случае, не следует опасаться политизации ислама, а следует бояться его радикализации. И это один из больших вызовов для государства в долгосрочной перспективе. У государства всегда есть возможность воспользоваться репрессивными методами, но заведомо ошибочный и тупиковый путь. И в этом отношении, первые шаги уже были предприняты. С принятием концепций правительства и ОВД. Но, еще предстоит большая работа с обеих сторон.
Следует признать, что важно не только принятие отдельных законов и постановлений. Необходима комплексная работа в обществе, экспертном сообществе, государственных структурах по организации дискуссии о характере, формах, принципах и границах светскости, которые бы учитывали наш национальный опыт, специфику развития и фактор мусульманского большинства.
Понятие светского государства, будучи привнесенным, из западно-христианского мира, не должно слепо копироваться в условиях Кыргызстана и являться догмой. Кыргызстан вправе, с учетом своего национального опыта, вырабатывать свое понимание светского государства, с учетом мусульманского большинства в стране.
И главным условием, на наш взгляд, должен стать переход на новый уровень отношения власти к роли и месту религии в обществе, где религия будет играть важную роль регулятора, прежде всего в социальной, духовно-нравственной жизни нашего общества.
Что касается развития непосредственно ислама, то сама ситуация указывает на то, что пришло время переходить на более качественный уровень. Строить не только мечети, но и также общественно полезные объекты, детские сады, школы, библиотеки, спортклубы. Заниматься больше благотворительностью, социально значимыми проектами, обеспечивать интеллектуальный рост мусульман.
Мусульманская община сейчас стоит на позициях конструктивного сотрудничества с государством и ставит пред собой больше социальных, нежели политических задач. В этой связи, полагаем, что государство может привлекать потенциал мусульманской общины для решения совместных социальных проектов, тем самым, способствуя гармонизации отношений между исламом и государством. Хотя важно отметить, что среднее и низшее звено чиновников находящееся на стыке власти с населением является главным тормозом реформ. Поэтому возникает вопрос создания эффективного механизма реализации и проведения работы именно с данным звеном на местах в лице местных администраций. Также важно отметить, что каждый регион или даже район имеет свой уровень взаимодействия между госорганами и мечетью, уровнем развития общины.
Поэтому нужен диференцированный подход исходя из региональной, идейно-ценностной специфики общины. И хотя мусульманскую общину Кыргызстана, в общем, характеризует невысокий уровень социальной ответственности, но с каждым годом она возрастает. И от того в какую сторону будет направлена ее активность, будет зависеть и развитие ислама – либо в протестно-радикальном направлении, либо в сторону социально ориентированной деятельности.
В ходе смены поколений, различных ценностных ориентиров, на смену традиционному кыргызскому обществу, приходит новая форма общественных отношений и государство обязано оставлять за собой право регулировать и создавать условия для развития ислама и мусульманской общины Кыргызстана, исходя из государственных интересов и сохранения национальных и религиозных ценностей в обществе.
Наиболее приемлемым вариантом в этих условиях, было бы максимальное привлечение и поощрение социальной деятельности мусульманской общины в обществе. Государство может выступать партнером совместно с мусульманской общиной в проектах, представляющих большое социальное значение для государства и общества.
Формы этого сотрудничества могут быть разными, от поощрения создания социальных мусульманских объектов и их деятельности в обществе, до совместного вклада в обеспечение стабильности в обществе через привлечение самих же мусульман для профилактики религиозного экстремизма, терроризма, а также преступлений среди молодежи и других негативных социальных явлений.
Своевременное и продуманное включение религиозных общин Кыргызстана в социальные процессы общества, политическую структуру государства, позволяет растущий протестный потенциал перевести в социальную, образовательную активность.
Одновременно такая позиция укрепила бы структуру кыргызского общества с использованием религиозного ресурса в решении не только духовно-нравственных, социальных проблем, но и актуальных межрегиональных, межклановых и межнациональных вопросов. Важной составляющей во взаимоотношениях между исламскими религиозными организациями и общественными институтами является создание атмосферы доверия и партнерства как внутри самого общества (между светской ее частью и религиозной), также обществом и государством в целом. Это может осуществиться только при условии интеграции мусульманской общины в социально-политическую структуру государства.
Таким образом, основной тезис заключается в том, что необходимо переходить от политизации развития, к социально ориентированному, интеллектуальному развитию ислама в Кыргызстане.
Уровень вовлеченности мусульманской общины Кыргызстана в социальную и общественную жизнь влияет на степень интегрированности верующих в светское общество, а значит его толерантности. В последнее время все чаще наблюдается тенденции к расколу общества по цивилизационным признакам, на верующих и светских. Данные тенденции имеют опасный и негативный характер ввиду того, что могут привести к идеологии анклавного мышления внутри общества. И возможно главный вопрос для государства будет заключаться в готовности адаптировать верующих к условиям светского государства и заинтересованности в их интеграции в современное общество.
Усубалиев Эсен, к.и.н., директор аналитического центра «Prudent Solutions».
Маликов Кадыр, д.п.н., директор НАИЦ «Религия, право и политика».
